Регистрация
Начнем с владельца яхты. Владелец яхты является и естественным ее представителем, дающим ей известный тон, кроме тех, понятно, случаев (избегаемых, впрочем, настоящими яхтсменами), когда яхта отдана в пользование и распоряжение другого лица. Но и в этом последнем случае можно заметить, как вообще он к ней относится и как поставил свой экипаж…

Быть командиром своей яхты - желание вполне естественное для каждого яхтовладельца. Однако здесь надо быть крайне осторожным, потому что сделаться хозяином хотя бы и первоклассной яхты не значить еще сделаться в то же время и опытным яхтсменом. Прежде чем принять на себя команду, даже и на своей собственной яхты, надо хорошенько испытать себя, свои знания и способности, особенно если яхта отправляется куда-нибудь подальше.

Знание нескольких командных выражений и поверхностного знакомства с навигацией далеко не достаточно, чтобы вести судно в более или менее продолжительное плавание, так как не надо забывать, что матрос, при всей своей привычке к повиновению, тем не менее существо, способное рассуждать и подмечать слабые стороны своего капитана. Заметив недостаточность знаний, он будет ко всем распоряжениям относиться с недоверием и при случае может выказать даже прямое непослушание. Образцовым, самостоятельным капитаном яхты может быть только тот, кто на столько тесно соединяет в себе теоретическую подготовку и практических навык, что способен отдавать верные приказания как бы бессознательно. Подобные командиры, положим, встречаются не так-то часто и немногие яхтсмены достигают такого совершенства, но во всяком случае можно настоятельно посоветовать каждому яхтовладельцу, не вполне в себе уверенному, лучше нанять шкипера или, при небольших переходах, опытного боцмана, чем рисковать самому. Излишняя самонадеянность может наделать много хлопот и даже несчастий, так как от опытности командира зависит безопасность не одного его, но и всей команды.

Опытный яхтсмен, сам командующий своим судном и желающий поддержать на нем порядок, старается обыкновенно сам служить для других примером точности и пунктуальности. Подобный командир не позволит себе, например, опоздать в прием полночной вахты даже не несколько минут, зная как это невыгодно отразится в моральном отношении на других. Но за то и по отношению к другим он имеет двойное право быть строгим и требовательным. Затем, главное достоинство командира яхты - это уметь сохранить в отношении к подчиненным спокойствие. Если вы по двадцать раз на дню будете без толку кричать на людей, то добьетесь лишь того, что ваши крики перестанут производить действие. Тем более следует воздерживаться от всяких с ними споров и пререканий по поводу какого либо отданного приказания. Споры эти, к сожалению, столь не редкие у начинающих любителей, действуют на людей крайне деморализирующим образом, в конец, подрывая авторитет начальства, тогда как всякое слово, всякое приказание капитана яхты должны быть законом, не терпящим возражений. Поэтому никакое противоречие не должно быть терпимо и если оно, тем не менее, проявится, следует сразу же его пресечь, сделать виновному внушение, а в случае повторения и совсем его уволив. Об установлении подобной дисциплины каждый яхтовладелец должен позаботиться на первых же порах, требуя от команды почтительного отношения как к себе, так и ко всем посещающим яхту его знакомым.

Если на яхте имеется шкипер или боцман, то есть такое лицо, которому в частности передано ведение судна, то все непосредственные приказания команды должны исходить от него. Владелец сообщает ему свои желания, а он уже самостоятельно заботится об их выполнении, отдавая приказания команде и следя за ее работой. Прямого сношения хозяина с командой в этом случае обыкновенно избегают. Вообще в этих случаях судовладельцу не следует входить в частности управления судном, и если встретится надобность в каком либо указании или замечании, то, ради сохранения дисциплины, следует делать их шкиперу или даже боцману с глазу на глаз. Чтобы отличить шкипера или боцмана от остальной команды, к нему обращаются или по имени и отчеству, или прибавляя к фамилии слово "господин".

Но с другой стороны, хозяин ни в коем случае не должен допускать, чтобы наемный шкипер сделался постепенно полновластным распорядителем яхты, как это нередко может случиться с владельцами, плавающими по морским волнам с неведением младенца. Подобный владелец в конце концов очутится всецело в распоряжении своего шкипера, который будет его катать на яхте по своему шкиперскому усмотрению, самостоятельно назначая и выбирая удобные почему либо лишь для него самого места плаваний и бесконтрольно распоряжаясь, во вред хозяйскому авторитету, увольнением и наймом матросов. При подобных отношениях, дело может дойти до того, что яхтовладелец постепенно очутится в роли пассажира, который должен благодарить Бога, что его еще терпят на судне.

Чтобы избежать этого нежелательного положения, можно посоветовать каждому начинающему любителю по возможности не оставаться на своей яхте праздным зрителем, но и, не вмешиваясь в распоряжения более опытного лица, зорко следить за всем, стараясь узнавать и запоминать смысл каждого маневра.

Относительно одежды хозяину яхты можно посоветовать быть одетым всегда прилично, избегая вычурных, фантастических костюмов, в том числе и матросского, как вовсе не подходящего к званию судовладельца. Можно и здесь повторить, что опрятная, приличная одежда скорее даст вид настоящего яхтсмена, чем какой-нибудь невозможный костюм, нарочно выпачканный в смоле и краске. Лучше всего в плавании носить форму яхт-клуба; если же она почему либо не нравится, то можно порекомендовать общепринятый костюм яхтсменов, состоящий из двубортной визитки темного цвета, темных же брюк и фуражки, вроде изображенной на рисунках.

Не лишнее посоветовать быть на столько же опрятным и в своем поведении: спокойное, сдержанное поведение, характеризующее истинного джентльмена, скорее даст возможность внушить в посторонних хорошее мнение и о себе, и о парусном спорте, искореняя ходячее в публике понятие, будто парусный спорт не дело, достойное порядочных людей, а просто лишний предлог для шелопаев праздно проводить время и при каждом удобном случае напиться до забвения приличий.

Людям, не вполне владеющим морским языком, следует быть крайне осторожным в употреблении технических слов и выражений и употреблять в разговоре только те из них, значение которых усвоено ими вполне. Не надо забывать, что своеобразный морской язык отличается именно точностью выражений, потому всякая ошибка, исказив смысл того, что хотелось сказать, тотчас же будет замечена, если в числе слушателей найдется моряк, и вызовет лишь одно сомнение в морских познаниях говорящего, а заодно и всех спортсменов. О морском языке будет сказано в конце этой главы.

То же самое можно сказать и относительно рассказов о небывалых геройских подвигах, совершенных будто бы в плавании. Посторонние половины не поймут, а товарищи по спорту всегда могут уличить хвастуна, и он, кроме едких насмешек, ничего не дождется. Так что яхтсменам смело можно посоветовать: предоставить подобные рассказы в распоряжение охотников, благо это их старинная привилегия, а самим за сочинение их не браться.

Что касается вообще до соблюдения приличий, то ни один уважающий себя яхтсмен не позволит, чтобы из кокпита или с юта его яхты раздавались нестройные крики, шум и пьяные песни, как видимые признаки происходящего на яхте пьянства. Это простительно мастеровым, вздумавшим справить воскресный шабаш, на наемной лодке, но совсем не подходит к судну, носящему яхт-клубский флаг. Для любителя выпить, не оповещая об этом, прочем, весь мир, найдется для этого много места и кроме яхты; в крайнем случае можно найти укромное место и внутри судна, где в приятной дружеской компании, не выходя из границ и не обращая на себя внимания посторонних, можно с удобством "раздавить" даже не одну бутылку. Не следует, впрочем, полагать, что пение и музыка должны считаться на яхте предметами запрещенными. Наоборот, никто не найдет ничего предосудительного, когда, например, вечером, при возвращении домой, с какой-нибудь яхты раздастся пение стройного, спевшегося хора.

Правила яхтенного приличия требуют также избегать вообще всяких громких окликов и длинных переговоров с одного судна на другое. Если же понадобится спросить о чем-либо другую яхту, то говорит обыкновенно один, а все прочие судне должны хранить безусловное молчание.

При приеме гостей, яхтовладельцу, при всей любезности и вежливости, следует однако и им внушить некоторые правила яхтенного благоприличия. Например, не бросать окурки и сор на палубу, а также за борт с наветренной стороны; обращаться к подветренной стороне и в том случае, если кого либо одолеет приступ морской болезни; не ходить по палубе и в особенности по отполированным и окрашенным частям в грязных или даже подбитых гвоздями сапогах и т.п.

Гости должны избегать вмешиваться в управление судном и непосредственно отдавать команд какие либо приказания; никогда нельзя знать - не отдано ли уже человеку от кого либо другого приказания, и непрошеным вмешательством можно произвести одну путаницу. К непосредственным услугам, гостей на больших яхтах обыкновенно полагается отдельный вестовой; гостям ко всем остальным людям предпочтительнее обращаться через посредство владельца судна.

Вообще каждому яхтовладельцу следует за этим следит строго и ему лучше всего с самого же начала дать понять, что он, при всем своем гостеприимстве, не признает и не допускает на судне никакого другого авторитета, кроме самого себя. Если же, паче чаяния, на яхту попадет гость, особенно любящий выставлять себя знающим все лучше хозяина, на которого не подействуют никакие напоминания и намеки, то яхтовладелец сделает гораздо лучше, если постарается поскорее от него избавиться, под тем или другим предлогом, чем позволить команде остаться при мнение, что на судне может распоряжаться всякий посторонний, так как хозяин-де ничего сам не знает.

Находясь на яхте в качестве гостя, следует быть услужливым, но не навязчивым. Не старайтесь овладеть кливер-шкотами, думая принести посильную услугу; но если они уже вам доверены, то и не выпускайте их из рук. Если же вы не удостоились чести получить разрешение участвовать в маневрах, то прямое ваше назначение сидеть по возможности смирно в кокпите или, если нравится, в каюте. Это рекомендуется в интересах самих же гостей, как верное средство избежать удовольствия дождаться со стороны иного нервного хозяина за свое непрошеное вмешательство потока таких "благодарностей" и "любезностей", выслушать которые, останется лишь одно: поскорее исчезнуть с яхты.

Приставая к чужой яхте, следует выходить из шлюпки не прежде, чем она подойдет к борту окончательно. Поднявшись на судно, не лишнее обтереть ноги об мат, положенный у трапа, а затем, не топчась понапрасну на палубе, лучше прямо же спуститься в кокпит, где уже и осведомиться, можно ли ходить по палубе в сапогах или их надо заменить особыми башмаками с резиновыми подошвами; на каждой благоустроенной яхте, хозяин которой заботится о палубе своего судна, имеется обыкновенно к услугам гостей в числе прочего инвентаря несколько пар подобных башмаков.

Выше уже было сказано об отношениях яхтовладельца к команде. Скажем о ней еще несколько слов. Как яхта должна отличаться от судов других специальностей тем, что на ней все должно быть доведено до степени совершенства, так точно тем же самым должна отличаться и яхтенная команда. Матросов всегда можно найти сколько угодно, но между ними мало яхтенных. Причина этому заключается в тех требованиях, которые предъявляются яхтенному матросу. Из двух категорий матросов, то есть матросов военного флота и матросов с коммерческих судов, ни одна не удовлетворяет вполне этим требованиям. Военный матрос, проплавав всю службу на паровых, зачастую без рангоутных судах, может сделаться хорошим артиллеристом, стрелком, кочегаром, даже при случае гребцом, но отнюдь не моряком, каковым должен быть матрос на парусной яхте. Единственными (хотя и очень важными) качествами военного матроса могут быть исполнительность и вообще привычка к дисциплине. В свою очередь от матроса коммерческого судна требуется только, чтобы он был хорошим моряком, сильным рабочим и не особенно своевольничал; во всех других отношениях ему позволяется быть на столько неотесанным, неопрятным и грубым, на сколько он сам того пожелает. Между тем, от яхтенного матроса требуется не только, чтобы он был хорошим моряком, но чтобы он в то же время был силен, ловок, опрятен и притом воспитан как хороший, вежливый слуга.

Другими словами, он должен быть таким же хорошим моряком, как лучший матрос коммерческого флота и в то же время приучен к порядку, чистоте и дисциплине, как матрос военный.

Сообразно большим требованиям, предъявляемым к яхтенному матросу, он получает и содержания больше, хотя в сущности работа его в большинстве случаев легче работы матросов других судов. Форменная одежде, в которой яхтенный матрос должен ходить с 8 часов утра до наступления темноты, обыкновенно полагается ему от хозяина, и само собою разумеется, что он должен быть относительно своего костюма до мелочей опрятен и исправен.

При исполнении служебных обязанностей, как и вообще на палубе, людям не дозволяется громко разговаривать, а тем более перекликиваться с одного конца судна на другой; число вопросов, имеющих отношение до производящихся работ, должно быть доведено до минимума и произносить их, а также отвечать следует в полголоса и отнюдь не кричать. Когда матросу отдается какое либо служебное приказание, например, относительно курса, управления судном или вахты, он должен отвечать "есть!" и непременно, во избежание ошибки, повторить, данное приказание. Например, на приказание: "держать Ост-Норд-Ост", или "потравить гикашкот", - матрос должен отвечать: "есть, Ост-Норд-Ост", или "есть, потравить гикашкот"; вообще слово "есть" должно для него заменять слова: "да", "слушаю", "точно так-с", и т.п.

Пьянство на яхте ни в каком случае не может быть терпимо, о чем следует предупреждать каждого матроса при самом найме, с предварением, что всякий случай нетрезвого поведения повлечет за собой немедленное увольнение от службы, с потерею всего заслуженного до того времени жалованья. Подобная острастка, в устах энергичного хозяина, вероятно, подействует хорошо и избавит его от обязанности делать замечания в будущем.

Курить команде разрешается только на баке; на юте же и в каютах курить матросам должно быть безусловно воспрещено.

Бак вообще служит постоянным местопребыванием команды; люди могут ходить на ют (часть палубы позади светового люка), в кокпит и в кормовые каюты только для исполнения служебных обязанностей. В этих последних случаях, для прохода с бака на ют они обязательно должны держаться левой стороны судна, когда яхта стоит на якоре, и подветренной - когда яхта на ходу. Наветренная же, или во время стоянки правая стороны предоставляются начальству, и матросы могут быть на них только для служебных надобностей.

После владельца и команды, перейдем к самой яхте. Всякая яхта до самых отдаленных уголков должна содержаться в отменной чистоте и порядке. Медь и окрашенные части, палуба, внутренняя окраска, рангоут, различные судовые принадлежности, одним словом - все на яхте должно блистать чистотой. Такелаж должен быть вытянут, а каждая свободная ходовая часть снасти должна быть собрана в правильную бухту и положена или подвешена на своем месте. Каждый конец должен оканчиваться редькой или кнопом. С каждого борта у фалрепов кладут маты для вытирания ног; к фалрепным трапам, во избежание порчи как самих трапов, так и пристающих шлюпок, приделываются пробочные кранцы. На палубе не должно валяться ничего такого, что не необходимо в данную минуту.

Events Calendar
2019-08 Июль 2019
П B C Ч П C B
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31